Здесь я должен пояснить. Когда мы впервые его увидели, медвежонок Таркуин сидел на полке антикварного магазина в Брайтоне, одетый в кожаный летный шлем, сапоги и синий комбинезон Королевских ВВС времен Второй мировой войны. К тому же на комбинезоне были «крылышки» Королевского военно-воздушного корпуса, указывавшие на участие в Первой мировой. «В этом нет ничего удивительного, – сообщил нам продавец, – он вместе со своим хозяином, летчиком-истребителем, участвовал в Битве за Британию».

История была романтичной, но мы в нее поверили, поскольку у Таркуина была внешность медвежонка, который много где побывал и много чего повидал. Как бы то ни было, он стал талисманом Дениз.

Таркуин лежал в задней части кабины в пластиковом пакете. Я дотянулся до ручки задней дверцы, открыл ее и вытащил Таркуина.

– Пошли, дружище, искупаемся.

Бр-р-р, да там было холодно, как будто кости разъедает кислота. Долго в Ла-Манше не протянешь, это узнали многие пилоты британских ВВС и Люфтваффе на собственном горьком опыте.

Я ухватился за Дюпона и Таркуина, а Дениз держалась за меня.

– Отличная посадка, – сказал я. – Очень впечатляет.

– Мы погибнем? – спросила она, хлебнув морской воды.

– Не думаю, – ответил я. – Обернись.

Из тумана, словно призрак, возник спасательный катер. Команда стояла у борта в желтых штормовках. Один человек выделялся своей внешностью, у него были седые волосы и борода, а когда он заговорил, оказалось, что он и есть Зек Экланд, обладатель того самого уверенного голоса.

– Бог мой, вы все-таки сели, – крикнул он.

– Да, вроде, – ответила Дениз.

Нас втащили на катер, а затем произошло то, чего я никак не ожидал. Экланд увидел у меня в руках промокшего медвежонка. На его лице появилось выражение крайнего изумления: «Господи Боже, Таркуин. Откуда он у вас?»

Мы с Дениз, укутанные в одеяла, сидели в каюте и пили чай из термоса. Двое членов команды пытались надеть на Дюпона кислородную маску. Зек Экланд сел напротив. Вошел еще один человек, молодой вариант Экланда.